СЕДМИЦА 18-Я ПО ПЯТИДЕСЯТНИЦЕ. СВЯТОГО КНЯЗЯ МИХАИЛА ЧЕРНИГОВСКОГО И БОЯРИНА ЕГО ФЕОДОРА
03.10.2026
3 октября, в Седмицу 18-ю по Пятидесятнице, и память святых мучеников благоверного князя Михаила Черниговского и боярина его Феодора, на Патриаршем подворье при храме иконы Божией Матери «Троеручица» были совершены праздничные богослужения. Накануне была совершена вечерня и славословная утреня. В сам праздник была совершена Божественная Литургия.
Сегодня мы вспоминаем святого благоверного князя Михаила Черниговского и боярина его Феодора, которые пострадали в Орде за отказ исполнить языческий обряд — пройти между двумя огнями. Казалось бы, что тут страшного? Но этот обряд означал отречение от Христа и поклонение идолам. Идолы — это страсти, они дают человеку иллюзию, что можно грешить и ничего за это не будет. Язычество тем и привлекательно, что разрешает грех, но в итоге губит душу. Михаил и Феодор отказались: «Хочешь, я тебе в ноги упаду, признаю твою власть, но идолам твоим не поклонюсь». Они претерпели страшные мучения и положили начало целому сонму русских святых, которые в годы монголо-татарского ига не отреклись от веры.
На их подвиг ориентировались все последующие князья. Когда Михаила Тверского провожали в Орду, его супруга не говорила: «Возвращайся живым, мы тебя очень ждём». Она говорила: «Ты только от Христа не отрекись». Вот пример истинной веры и любви. Святые семьи дали нам Димитрия Донского, Александра Невского, Даниила Московского, Евфросинию Суздальскую. XIII–XIV века — время, когда князья становились мучениками, преподобными и даже юродивыми. Их решения мир часто воспринимал как безумие. Но мы читаем в Евангелии, что мудрость Божия в глазах мира — безумие. Даже самое немудрое Божие выше всего премудрого человеческого.
Мир никогда не поймёт, зачем себя понуждать, зачем отказываться, зачем отдавать последнюю рубаху, зачем твёрдо стоять за Христа. Но в глубине своей мир, то есть дьявол и страстное естество, прекрасно понимает: Бог — это и есть настоящее счастье, но это счастье убивает грех. Поэтому дьявол маскируется и смеётся: «Это безумие». А мы, как и современники Михаила Черниговского, как все последующие поколения, призваны ориентироваться на мученические подвиги. Не обязательно в большом — в маленьком. Для ребёнка написать одно предложение — большой труд, а для взрослого — мгновение. Но у каждого своя мера, и малое для тебя может быть великим перед Богом.
Дай Бог нам и в малом пострадать, и потрудиться, и возрадоваться, что сегодня у нас есть скорби. Значит, можем освободиться от грехов и угодить Богу. Другого способа мы, к сожалению, разучились искать — только через терпение скорбей. Но и это хорошо: есть способ угодить Богу. Если мы немножечко потрудимся и не возомним о себе как о великих тружениках, Господь сподобит нас участи святых князей и всех, от века угодивших Ему.
Сегодня мы вспоминаем святого благоверного князя Михаила Черниговского и боярина его Феодора, которые пострадали в Орде за отказ исполнить языческий обряд — пройти между двумя огнями. Казалось бы, что тут страшного? Но этот обряд означал отречение от Христа и поклонение идолам. Идолы — это страсти, они дают человеку иллюзию, что можно грешить и ничего за это не будет. Язычество тем и привлекательно, что разрешает грех, но в итоге губит душу. Михаил и Феодор отказались: «Хочешь, я тебе в ноги упаду, признаю твою власть, но идолам твоим не поклонюсь». Они претерпели страшные мучения и положили начало целому сонму русских святых, которые в годы монголо-татарского ига не отреклись от веры.
На их подвиг ориентировались все последующие князья. Когда Михаила Тверского провожали в Орду, его супруга не говорила: «Возвращайся живым, мы тебя очень ждём». Она говорила: «Ты только от Христа не отрекись». Вот пример истинной веры и любви. Святые семьи дали нам Димитрия Донского, Александра Невского, Даниила Московского, Евфросинию Суздальскую. XIII–XIV века — время, когда князья становились мучениками, преподобными и даже юродивыми. Их решения мир часто воспринимал как безумие. Но мы читаем в Евангелии, что мудрость Божия в глазах мира — безумие. Даже самое немудрое Божие выше всего премудрого человеческого.
Мир никогда не поймёт, зачем себя понуждать, зачем отказываться, зачем отдавать последнюю рубаху, зачем твёрдо стоять за Христа. Но в глубине своей мир, то есть дьявол и страстное естество, прекрасно понимает: Бог — это и есть настоящее счастье, но это счастье убивает грех. Поэтому дьявол маскируется и смеётся: «Это безумие». А мы, как и современники Михаила Черниговского, как все последующие поколения, призваны ориентироваться на мученические подвиги. Не обязательно в большом — в маленьком. Для ребёнка написать одно предложение — большой труд, а для взрослого — мгновение. Но у каждого своя мера, и малое для тебя может быть великим перед Богом.
Дай Бог нам и в малом пострадать, и потрудиться, и возрадоваться, что сегодня у нас есть скорби. Значит, можем освободиться от грехов и угодить Богу. Другого способа мы, к сожалению, разучились искать — только через терпение скорбей. Но и это хорошо: есть способ угодить Богу. Если мы немножечко потрудимся и не возомним о себе как о великих тружениках, Господь сподобит нас участи святых князей и всех, от века угодивших Ему.
ПРОПОВЕДЬ ИЕРЕЯ ИОАННА СУХОДОЛОВА В ДЕНЬ ПАМЯТИ СВЯТОГО КНЯЗЯ МИХАИЛА ЧЕРНИГОВСКОГО И БОЯРИНА ЕГО ФЕОДОРА
«Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.
Всех поздравляем сегодня с памятью святых благоверных князей Михаила Черниговского и боярина его Феодора. Вот в Орде они пострадали, не отреклись от Христа, хотя надо было сделать-то всего лишь пройти мимо двух огней — это не опасно. Но это языческий был обряд такой: то есть ты отрекаешься от веры, изменяешь. Израиль в Ветхом Завете часто называется блудницей, потому что ты изменила Богу. Кому? Идолам. Идолы — это страсти. Идолы дают возможность, разрешают человеку, как и всё язычество, разрешают человеку грешить, и чтобы ему за это ничего не было. Тем и привлекательно язычество и по сей день, потому что оно разрешает человеку грешить — в сердце своём и во внешнем. А этого так хочет, ну и дьявол, понятно, ну и вот это ветхое, повреждённое наше естество. И наконец-то она обретает, сочиняет, точнее, язычество и со спокойной душой действительно губит её, свою душу. Но не хотел такой участи себе ни Михаил, ни его приближённый Феодор, и отрёкся от этого идольского действия и сказал: «Хочешь, я тебе в ноги упаду, я признаю свою власть, твою власть над собою, — он хану говорит, — но идолам твоим я не поклонюсь». И страшное мучение претерпел, скончал свою жизнь там, как и его приближённый. И этим положил самое начало монголо-татарского нашествия, самое начало кровопролития на Руси, почти двухсотлетнего.
На него ориентировались все последующие князья. Многие — тот же самый Михаил Тверской: когда он ехал, когда его супруга провожала в Орду, она ему говорила — не то чтобы «возвращайся живым, мы тебя очень ждём». Она не говорила ему этих слов, она говорила: «Ты только от Христа не отрекись». И вот тебе пример: вот Михаил Черниговский, он наш первый мученик за Христа вот в этот период. Всегда на него равнялись. Многие ещё. У него была дочь, у Михаила Черниговского, которую сегодня мы почитаем, — дочь Евфросиния Суздальская. Мы её память тоже буквально два дня назад совершали. Сегодня — Олега Брянского, а это внук Михаила Черниговского. Видите, какие святые семьи! И многих ещё. А кто не знает — Димитрия Донского, Александра Невского, Даниила Московского. Видите, вот этот период XIII–XIV веков даёт нам очень множество князей. Не так много преподобных, совсем нет юродивых, блаженных, мучеников. Князья стали мучениками, князья были и преподобными, князья были и юродивыми, когда их решение было, ну, порой воспринято миром, как и всегда, как безумие.
Но мы сегодня в Евангелии читали, что Господь, Его мудрость, она в глазах мира — просто безумие. «Зачем ты молчишь и не отвечаешь ему?» — говорит мир. Когда мы хоть немножечко кротости включаем в свою жизнь, да, мир не может понять. Но правда Божия выше. Сегодня тоже в апостольском чтении мы читали, что даже самое немудрое Божие выше всего премудрого человеческого. А человек, не желающий жить по-Божьему, смотрит всегда на эту Божию правду: «Какое безумие, какое вообще! Зачем себя понуждать? Зачем от чего-то отказываться? Зачем последнюю рубаху отдавать? Или зачем нужно твёрдо стоять за какие-то не просто идеи, а за жизнь?» И никогда мир не поймёт. В глубине своей он прекрасно понимает мир, то есть вот дьявол и всё это страстное естество внутри понимает, что Бог — это и есть настоящее счастье. Но это счастье убивает тебя, дьявола, страсть и грех. И поэтому, маскируясь, дьявол говорит: «Я тебя не понимаю, это безумно. Давай я буду смеяться над тобой, что ты делаешь? Проявляешь кротость на работе, на улице, что-то совершаешь такие поступки, которые являются не ориентиром на мир». Ну, как принято в мире? Ну, вот так принято. Ну, и пусть будет у них там принято, а у нас принято по-другому.
И мы, как и современники Михаила Черниговского, и как все последующие поколения царственного рода, и простые, и бельцы, и монахи, — все они ориентируются на вот такие мученические подвиги. Потому что кому-то венец большой: он действительно поехал в Орду и не вернулся. Он вернулся уже святыми мощами, которые были положены в храме и которым поклоняемся по сей день. Но они не предали Христа. Они пошли за Ним в маленьком. Нет, а потом и в большом. В большом, может быть, нам и не представится такой возможности пострадать за Христа. Но маленькое для тебя — это совсем не маленькое. Как для ребёнка написать одно предложение — это большой труд, хотя ты посмотришь — за одну секунду всё это раз-раз-раз написал. Но для него это великое. Так и разница в духовном состоянии: для тебя, у тебя будет свой суд. И то маленькое отношение с людьми, отношение к своему нерадению, к спасению, к душе, отношение к внимательности или невнимательности к своей жизни — будет взвешено по своим мерам. Поэтому если ты немножечко хотя бы потрудишься и не возомнишь о себе как о великом труженике, то Господь сподобит тебя участи вот этих святых, святых князей и далее от века угодивших Господу.
Вот наш пример. Дай Бог нам и в маленьком пострадать, и потрудиться, действительно, и возрадоваться, что как хорошо, что сегодня какие-то скорби у нас есть. Значит, можем и от грехов освободиться, и Богу угодить. Потому что другим способом мы разучились угождать Ему, кроме как терпеть скорби, к сожалению. Ну, но это всё равно хорошо — есть способ угождать Богу: это терпеть скорби. Помоги нам всем, Господь!»