НЕДЕЛЯ 5-АЯ ВЕЛИКОГО ПОСТА. ПРЕПОДОБНОЙ МАРИИ ЕГИПЕТСКОЙ
Пятая неделя Великого поста — время, когда нас охватывает оторопь от попытки осознания жертвы Христовой за нас. Наше сознание способно проникать в глубины Вселенной и материи, вплоть до кварков и нейтрино, но мы встаем в тупик перед этим фактом. Христос принес в жертву не животных, а Себя Самого, войдя в Небесную Скинию. Это не укладывается в голове.
В сегодняшнем Евангелии Господь спокойно говорит ученикам о грядущих страданиях, смерти и воскресении. А в ответ Иоанн и Иаков просят места по правую и левую руку во славе. Знакомая логика: власть — это блага и процветание. Но Христос спрашивает: можете ли пить Мою чашу и креститься Моим крещением? Они отвечают: можем. И Господь обещает им эту чашу, но место за престолом определяет не Он, а Отец.
Эти слова обращены к нам. Небесная Скиния — не земное царство удовлетворения потребностей, а новое бытие, пришедшее с небес. Мы уже вкусили его, но не поняли — сознания не хватает, даже оторопь не помогает. Чтобы войти в это Царство, нужна не просто молитва или чтение книг, а жертва. И не деньги и связи, а мы сами. Как Христос. Без жертвы войти нельзя — никакая грамотность и ловкость не помогут.
Но есть два подводных камня. Первый — мир, который не хочет нашего входа в это Царство. Два измерения сталкиваются в нашей душе, там проходит водораздел и суд Божий. Второй камень — наши грехи, тяжелая тележка за плечами, из-за которой порой не до Бога. Чтобы прикоснуться к новой реальности, нужно оставить эту тележку за порогом, отцепить цепь. Тогда мы выдохнем, увидим свет и радость — и, может быть, обратимся к Богу, как Мария Египетская, которую собственные грехи не пускали в храм 17 лет.
Святые шли на смерть с радостью, потому что ощутили веяние иной реальности. Они принесли себя в жертву и вошли в Царство не с сожалением о сытой и спокойной жизни, а с ликованием. О том же говорит нам Церковь в пятую неделю поста: мы тоже призваны пройти сквозь свои грехи и страх мира, чтобы, оставив за порогом всё лишнее, войти в то новое измерение, которое уже здесь, но требует от нас главного — самих себя.
ПРОПОВЕДЬ НАСТОЯТЕЛЯ, ПРОТОИЕРЕЯ АЛЕКСАНДРА ДОБРОДЕЕВА, О ЖЕРТВЕ БОГУ
«Дорогие братья и сестры! Святая Церковь сердечно поздравляет вас с сегодняшней воскресной Божественной Литургией Василия Великого, архиепископа Кесарии Каппадокийской. Также всех причастников Церковь поздравляет с принятием Святых Христовых Тайн.
Сегодня у нас пятая неделя Великого Поста. Ну и еще неделя – и будет у нас Вход Господень в Иерусалим. В пятую неделю мы с вами открываем для себя не просто какие-то новые сведения или информацию о спасении, о самих себе, но порой приходим в оторопь. В оторопь приходим. Хотя нам Господь дал сознание: этим сознанием мы готовы проникать в дальние дали Вселенной. Мы даже сознанием можем сейчас в мгновение ока достать до конца Вселенной, хотя, может быть, она безбрежная, но мы можем достать. Мы можем своим сознанием достать до самых глубин материи, до микроскопических каких-то частичек, кварков, нейтрино, еще каких-то. Но мы порой приходим в оторопь от той жизни, в которой мы с вами живем, и от тех атрибутов нашей веры, которые нам свойственны.
Вот когда мы с вами в храм приходим, когда мы молимся, постимся, участвуем в таинствах, – конечно, мы видим перед собой и образы святых, и красивое пение слышим, и видим стройный образ богослужения, такие достаточно проникновенные слова проповедей. Но первое, что нас встречает в храме, когда мы приходим в храм, – это ящик для пожертвований. Казалось бы, а при чем здесь ящик для пожертвований? А зачем он нужен? Так вот, если мы сегодня обратимся к Апостольскому чтению, там рассказывается о том, что Господь Иисус Христос тоже принес жертву. И не просто жертву, как первосвященник Ветхого Завета, который прежде чем войти в Скинию, во Святая Святых, должен был принести в жертву жертвенных животных, а потом их еще сжечь на жертвеннике. И вот этим всем себя помазать и помазать всех людей, чтобы они освободились от своих грехов. А здесь говорится о том, что Господь принес Себя в жертву за всех нас и вошел в небесную Скинию, то есть нерукотворенную Скинию. Вот это в нашем сознании не помещается. Мы не можем это понять, мы не можем это как-то оценить – оторопь берет.
И вот приходим к Евангельскому чтению. В Евангелии сегодня Господь собрал Своих учеников (а мы с вами тоже ученики Господни) и ведет их в Иерусалим – красивый город, прекрасная погода. И вот Он рассказывает, что сейчас мы войдем в этот град, и что сделают со Мной: Меня схватят, Меня будут мучить, Меня убьют – не просто убьют, будут еще издеваться, – а на третий день Я воскресну. Это Он Своим ученикам говорит, тем, кто не первый день Его увидел, а уже много-много дней ученики знали Иисуса Христа, Иисус Христос знал Своих учеников, и Он им так просто, спокойно об этом говорил. И что же в ответ? А вот эти ученики, Иоанн и Иаков, подходят к Иисусу Христу и говорят: «Господи, а вот когда Ты воскреснешь и сядешь на престоле, сделай так, чтобы мы сидели – один справа от Тебя, а другой слева».
Да, в нашем человеческом сознании есть такое понимание власти. Когда человек у власти, он процветает, он благоухает. Когда человек у власти сидит, то ему все блага. Власть – это ценность такая. Поэтому все хотят власти в той или иной степени, конечно. Кто-то большой власти, кто-то маленькой власти – кто чего достанет. А им Господь говорит: «А вы вообще понимаете, чего вы хотите-то? А вы можете пить Мою чашу и креститься Моим крещением?» – «Можем». – «Хорошо, вы будете и пить Мою чашу, и креститься Моим крещением. А вот сядете ли вы один справа, другой слева от Меня – это не от Меня зависит, это от Отца Моего».
Ведь вот эти слова – они направлены нам с вами. Нам с вами. Дело в том, что вот эта небесная Скиния нерукотворенная – это олицетворение некоего пространства, некоего состояния не мирского, которое пришло к нам в мир, наш земной мир. У нас с вами, как у людей земных, которые живут на земле, свои понятия. А это пришло оттуда, с Небес. Это новое бытие, новое состояние человека и вообще всего мира. И вот мы с вами, будучи еще живущими в этом мире, вот это все вкусили, мы почувствовали это. Мы даже, может быть, не поняли, потому что нашего сознания не хватает – даже оторопь не помогает. Но мы с вами находимся в другом мире. Мы же находимся в мире, который нам готовит Господь, из которого Он к нам пришел и который Он у нас здесь утверждает. Это не просто земное царство. Это не просто царство для того, чтобы удовлетворять все более возрастающие наши потребности.
И вот, чтобы понять это, чтобы в это войти, чтобы этим жить, нужно не просто книжки почитать, не просто помолиться, не просто посмотреть, как святые себя ведут (кстати, они нам в пример). Дело в том, что нужно принести жертву. А что мы должны в эту жертву вложить? Что? Деньги, какие-то там возможности, связи? Оказывается, мы должны в эту жертву вложить самих себя. Самих себя вложить. Как Господь Иисус Христос. «Можете пить Мою чашу?» – «Можем». – «Можете креститься Моим крещением?» – «Можем». – «Пожалуйста, вложите». И вот, если мы на этот подвиг годимся, вот тогда мы войдем в это новое измерение, новое Царство. Войти в него можно только через Иисуса Христа, то есть через жертву. Без жертвы не получится. Мы, конечно, с вами грамотные, образованные, можем обходить острые углы в этой жизни, но вот туда без жертвы не войти, в это Царство. А уж как мы войдем туда – по этим событиям и будет Господь определять, сядем мы там или не сядем, справа или слева и так далее. Это не мы будем решать, это будет Господь решать: правильно мы вошли туда или неправильно.
Но здесь есть несколько таких подводных камней. Первое, конечно, – это тот мир, в котором мы с вами живем. Этот мир никаким образом не хочет, чтобы мы туда вошли. И когда мы с вами сталкиваемся с этим миром… То есть два мира: то измерение, в котором мы только что побывали (в нем мы находимся), и тот мир, в котором мы живем, – они накладываются друг на друга именно у нас в душе, у нас в сердце. Там проходит водораздел, там происходит нечто, что влияет на наши с вами решения, на наши с вами слова, на наши с вами дела в этой жизни. Вот там происходит война, там происходит суд, там происходит суд Божий над нами – в душе, в сердце.
Вот мы видим: вроде все православные, все крещеные, но поступают как язычники. И нам хочется им сказать: «Ну не делайте вы этого, не делайте, зачем вы делаете?» – а им хочется, потому что для них это очень важно. И вот что мы должны сделать: просто сказать, развернуться и уйти? Или же все-таки принести некую жертву вот этому просвещению? А эта жертва может обернуться для нас не просто непониманием, а злобой, ненавистью, даже смертью. Вот ты скажи бандиту, что он бандит, – он же тебя убьет, и всё. Или врагу. Поэтому всё зависит от нас здесь: готовы мы к этому или не готовы.
И второй камень – это наши с вами грехи. У каждого своя тележка за плечами. И вот мы ее когда тащим по этой жизни из последних сил, то порой бывает так, что не до Бога, не до Бога – сил нет. Потому что тележка тяжелая, понимаете. Грехов столько, что выше крыши, пот льется кровавый, ножки-ручки трясутся от этих грехов. А тут надо радоваться, веселиться, да еще молиться надо. Какая же тут молитва, какая тут радость, когда ты в изнеможении готов сейчас упасть и всё? Чтобы вот этого не было, чтобы мы к этому пространству света (это не просто пространство света и свободы, это новое измерение, это новая реальность) прикоснулись, чтобы мы в нее вошли, – нужно вот эту тележку с грехами своими оставить за порогом, отцепиться от нее, вот эту цепь отцепить. И вот тогда мы вдруг выдохнем, посмотрим на небо, увидим свет, увидим радость – и вот тогда мы, может быть, и обратимся к Богу.
Вот как та Мария Египетская, о которой сегодня шла речь. Она же 17 лет жила в грехах, даже до такой степени, что она в храм войти не могла от грехов. Знаете: хочет в храм войти – а ее грехи не пускают. «Хотелось бы в рай, да грехи не пускают», – как у нас поговорка есть. И вот это преодоление, вот это прохождение сквозь свои собственные грехи, сквозь свою жизнь, пересмотр своего вообще отношения к Богу, ко всему миру – пройти.
И вот мы часто слышим в повествовании о святых, которые с радостью шли на смерть. Они приходили, связывали сами себе руки и говорили: «Мы христиане, что хотите с нами делайте, но мы от своей веры не отречемся». Их там и казнили, и убивали, и мучили – они шли с радостью. Почему? Потому что они почувствовали на себе веяния вот этого мира, который пришел, вот этой реальности. Они ради этой реальности принесли себя в жертву Богу и вошли туда с радостью. С радостью вошли. Не с таким вот сожалением: «Как хорошо жилось нам, нам не больно было, мы сытые были, спали спокойно – и всё, а тут надо и то потерпеть, и это потерпеть, и перенести издевательство и так далее». Вот о чем нам говорит Церковь. Вот к чему мы с вами приходим на пятой неделе Великого поста.
Храни вас Господь, дорогие братья и сестры!»
ПРОПОВЕДЬ ИЕРЕЯ ИОАННА СУХОДОЛОВА О ПРЕПОДОБНОЙ МАРИИ ЕГИПЕТСКОЙ
«Во имя Отца и Сына и Святого Духа! Всех с Воскресным днем! Сегодняшнее воскресенье посвящено преподобной Марии Египетской. В среду вечером мы все читали полностью канон преподобного Андрея Критского. Этих двух святых разделяет 300 лет.
Смотря на Марию Египетскую, прикладываясь к ее честному образу, мы себе это твердим: всё возможно в Боге укрепляющем. Всё возможно. И ты, который так заматорел в своих грехах, что, может быть, даже уже не обращаешь на них внимания, потому что бесполезно бороться, — даже это, Господи, исцели. Исцели то, что я перестаю порой бороться. И исцели то великое множество грязи, которое внутри меня есть. И всё это возможно. Но как возможно? Большим трудом.
Преподобный Иосиф Оптинский вот такую святоотеческую мысль в своих письмах чадам своим говорит: «Чада, страсти наши не вдруг исправляются, но потребно много труда и времени, а наипаче смирения». Вот три вещи мы знаем: труд, время, смирение, которые побеждают, насколько всякое повреждение исцеляется, всякий грех изглаживается, и блудница целомудрствует. Это невозможно? Тот, кто согрешил блудом, он же не может быть… мудреным? Нет, всё возможно в Боге. Так сказал преподобный Андрей Критский о Евангельских блудницах, но и Мария Египетская тоже подходит. Мудрено, насколько она просвещена Духом Святым. Это не звезды, до которых мы никогда не долетим. Это действительно люди, которые ходили по той же… слабости и склонности. Ничем она не отличается от нас, а мы — от нее. Ну, кроме того рвения, с которым она перешла Иордан. Мы же — время, видите, время и труд.
Когда мы покаялись в своих грехах, тот же преподобный Иосиф говорит: не смущайся, если тебя мучает этот грех многие, может быть, даже годы. Нужно время и труды большие, чтобы это окончательно исправить. Господь на нас зла не держит за то, что мы совершаем грех, но эта рана, которую мы себе наносим, она долго-долго ноет внутри нашей души. И слава Богу за то, что Он продлевает нашу жизнь только вот с одной целью: может быть, ты здесь успеешь залечить, и, когда ты прыгнешь в этот бассейн — море соленое, теплое, океан вечности, — то твои раны уже успеют затянуться, и соль уже не будет разъедать эти раны. Вот для чего Господь продлевает наши дни, долготерпит. Ничего от нас большего не требуется, кроме как действительно исправление своей души. А если каждый из нас этим займется, то Рай на земле будет действительно. Действительно, здесь будет такое благоденствие, только если бы мы занялись вот только одним делом — действительно, заняться исцелением своей души.
Ну и третье слово, которое преподобный Иосиф сказал, — смирение. Конечно, надо узнавать своего врага. Если у тебя есть страсть главенствующая, то надо бы читать о ней, об этой страсти, о борьбе с этой страстью. Если ты не радеешь и не используешь ни книги, ни Интернет для того, чтобы узнать о своей страсти главенствующей, то Господь очень сильно укорит нас за то: „Я что, для этого тебе дал возможность купить телефон с Интернетом? Я что, для того, чтобы ты там занимался непонятно чем, тебе дал? Я все издательства открыл, что можно любую, и Библию, и святоотеческую литературу печатают“. Вот, сто лет назад ничего такого невозможно было. А сколько тысячелетий уже прошло истории человечества — и книг люди жили и ни разу не держали в своих руках? Ни книг, но об Интернете что там говорить? Мы же счастливы, а значит, больше дано — больше спросится.
В первую очередь — изучая эту страсть. Самое простое — это какие-то такие сборники, облегчающие нас. Например, автор Шеховцова „Преодоление страсти“. Кратко, выдержки по святым отцам, что есть страсть, как с ней бороться. Второе — это „Сокровище духовной мудрости“ или подобное сочинение, такие сборники, когда в алфавитном порядке из святых отцов выборки. Берем, что там наша страсть, как она там, на какую букву, открываем и изучаем. Даже если ты не переборешь в жизни свою страсть главенствующую, Господь может тебя не осудить, если увидит эту борьбу. А борьба заключается в изучении. Но даже если ты настолько слаб, что даже не можешь ты кликнуть, чтобы открылось это „Сокровище духовной мудрости“, тогда смирение, вот это третье слово, приходит. Ну, не можешь ничего делать с собой — хотя бы смирись перед людьми, перед обстоятельствами, сознавай себя непотребным.
А что сознавать? Далеко ходить не надо. Я знаю, что от меня Господь требует, но я ничего из этого не делаю. Что я заслуживаю вот этого — еще большего. И поэтому хотя бы мы смиримся с чем — всегда с несправедливостью, всегда с каким-то ущемлением. Не смиряемся мы с какими-то подарками или с похвальбой. Мы смиряемся всегда с чем-то горьким. Поэтому, если уж мы настолько ленивы, что душой своей не занимаемся, то последнее, действительно, это просто спасение наше — это смирение. Чуточку потерпим, как кто, как заслуживающий и большего. И тогда Господь, может быть, за смирение введет нас в жизнь вечную, как за многое смирение и Марию Египетскую ввел. Потому что она в первую очередь смирилась, осознав: кто я, что я должна делать. И с этой решимостью боролась каждый день, действительно, и день, и ночь. Помогай нам, Господи, всем.
Вот в этом труде неделя осталась. Это финишная прямая. Потому что Страстная седмица — это уже не Четыредесятница. Четыредесятница — это сорок, значит. Вот эти сорок дней пройдут, они уже в пятницу закончатся. Так что осталось только пять дней. Лазарева суббота, Вход Господень в Иерусалим — всё. Это уже страдания Господни, это уже Его Светлое Воскресенье. Всё, мы уже входим в этот момент. Так что пять дней осталось поста. Напоследок можно многое чего сделать. Можно. Если мы не расслабимся с унынием, леностью. Господь, наших сил уже нету. Нету. Уже давно пора понять, что наших сил уже нету. Но тогда Божьи силы призовем через это смирение и посильное изучение врага своего и борьбу с ним.
Помоги нам всем, Господи».