ДЕНЬ КРЕЩЕНИЯ РУСИ. РАВНОАПОСТОЛЬНОГО КНЯЗЯ ВЛАДИМИРА
Сегодня мы отмечаем День Крещения Руси и память святого равноапостольного князя Владимира. Наши предки сделали выбор, который определил судьбу целой страны: без православия не было бы той России, которую мы знаем. История учит нас простой вещи — как только вера затухает, всё рушится, и не просто рушится, а так, что содрогается весь мир. Но именно православие снова и снова возвращает нас к жизни, поднимает из пепла. Мы держим в руках драгоценность, и важно понять, что это за сокровище, ради которого купец из евангельской притчи продал всё, что имел.
Что же даёт нам православие? Во-первых, оно отвечает на главный вопрос: зачем мы живём? Наполняет смыслом любое дело — от мытья посуды до управления государством. Во-вторых, оно даёт твёрдость в испытаниях: болезни, скорби, войны становятся не безумием, а путём очищения, если принимать их достойно, по своим грехам. В-третьих, оно показывает, как освободиться от страстей, которые мучают нас изнутри, — не маскируя гордыню под психологию, а вырывая её с корнем. В-четвёртых, оно меняет отношение к людям: учит не использовать, а отдавать, даже последнюю рубаху. И это не просто красивая этика — это жизнь по Евангелию, где нет места равнодушию.
Но православие — это ещё и образ для подражания. Сам Христос — не только Искупитель, но и Тот, кто прошёл через ту же боль, что и мы, приняв нашу «шкуру». Он показал, как любить до конца, как умирать и воскресать. А ещё православие дарит внутренний мир — не безразличный покой, а живую любовь, которая болит за других, но при этом приносит невероятную тишину в сердце. Именно через эту боль к ближнему мы обретаем тот самый стержень, который делает нас неуязвимыми перед любыми бурями. И наконец, православие меняет взгляд на смерть: она перестаёт быть ужасным концом, а становится ступенькой из прихожей во дворец.
И самое главное — православие учит соработничеству с Богом. Мы не можем ничего сделать сами, но и без наших усилий не произойдёт чуда. Это не «всё от Бога, а я на диване», и не «я сам всё решу». Это узкий царственный путь, где каждый шаг — и твой, и Божий одновременно. Мы открываем сумку, и Господь сыплет в неё золотые монеты благодати. А чтобы донести это сокровище до детей и внуков, нам самим нужно жить по-настоящему — не фантиком, а начинкой. Помоги нам в этом, Господи, и дай нам силы хранить эту веру так же бережно, как наши великие предки.
ПРОПОВЕДЬ ИЕРЕЯ ИОАННА СУХОДОЛОВА О ПРАВОСЛАВИИ
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
Всех поздравляем с Днём Крещения Руси и с памятью святого равноапостольного князя Владимира. Вот предки наши во главе с князем выбрали нам православную веру, и мы их благодарим. Это был правильный выбор. Мы бы не дожили до сегодняшних дней, до 2026-го года, спустя более тысячелетия уже до наших дней, — не было бы России, если бы не было православия. Собственно, она-то и стоит, поскольку есть православие. И история нашей страны говорит о том, что как только православие затухает, прогнивает, соль обуяет, — у нас всё рушится. У нас рушится так, что вообще там всё трещит, весь мир трещит. И мы это показываем. Этим хвалиться нечего — греметь так на весь мир своим падением. Но мы понимаем, что всякое падение — потому что соль обуяла. Но только православие нас снова возвращает. Снова возвращает. И мы эту драгоценность в руках держим.
Но что это за драгоценность? Надо этот бисер по-евангельски рассмотреть. Почему купец всё продал, чтобы купить один бисер, самый драгоценный, который он всю жизнь искал? Какое это православие? Что оно нам даёт?
Первое — это понимание смысла жизни. Вообще, зачем ты тратишь свои дни здесь, на земле? И только православие, собственно, ответит. Ответит так, что захочется жить, захочется вставать утром, идти куда угодно — хоть на работу, хоть на каторгу, хоть на смерть, хоть на молитву. Всегда захочется это делать, потому что православие наполняет смыслом всякое наше действие — маленькое, хозяйственное, бытовое и великое управление государством или Церковью. Православие даёт смысл. Дьявол хочет это православие подвинуть и в смысл вложить другой — корысть, приземлённость, какие-то интересы свои личные. Но нет, это не православие, мы говорим, извините. Это уже какое-то искажение православия. На всех уровнях это бывает. И поэтому мы молим: «Господи, действительно, восставь это православие в нас самих, чтобы оно в наших делах чистым было, это православие». Смысл жизни — и в малых делах, и вообще в плане нашей земной жизни, заканчивания, в плане вечности. Никто так ярко не говорит о вечности, как православие. Всё остальное так тускло — что-то такое есть, но только православие говорит, как человеку приобрести абсолютную радость в Царстве Небесном.
Второе, что нам даёт православие, — утешение и твёрдость в испытаниях. Болезни, скорби, нестроения, войны... Можно с ума сойти от того, что происходит порой. А историю откроешь — и поймёшь, что там происходило вообще, потому что мы ещё ничего не вкусили того, что вкусили наши предки. Можно сейчас люди с ума сходят, а в тех условиях, как предки наши жили, — вообще прожили. Только православие дало смысл этим страданиям. Только ты отнесись к ним достойно, по своим делам принимая, по грехам своим принимаем мы всё. Нет ничего такого, что не подтверждалось бы этой фразой: по грехам своим принимаем. И это даёт нам и прожить, и измениться благодаря вот этим испытаниям, скорбям и трудностям.
Третье — путь освобождения от страстей показывает нам православие. Потому что одно дело — видеть это в себе, и можно это маскировать через психологию, через какие-то увертки своей души. Понимаете? Оно всё так и осталось. Твоя гордыня никуда не делась — трансформировалась во что-то такое, но никуда не делась. Только православие бьёт прямо в центр. Вот оно в чём: «Вот твои саможаления, что ж ты вот этого-то самого главного не смотришь?» Или ещё что-то такое. Никто так не укажет, как Евангелие, раскрытое через учение святых отцов, вообще Церковь. Вот это и есть Церковь. Никто нам не укажет. А хочется всё-таки освободиться, потому что страсти нас мучают. И это не жизнь в мучениях от этих страстей.
Четвёртое — изменение отношений к другим. Именно православие научило нас отношениям друг к другу: не использовать, а отдавать и рубаху. Действительно, это по-евангельски: просит тебя пальто — отдай и рубашку свою. Всё с благоразумием, с чистым сердцем и по заповеди Христовой. И вот этому всему научает нас православие. Ничто не научает — не социальная этика какая-то вот эта мирская. Там тоже фантик, может быть, даже покрасивше, чем наше добро, но фантик-то никто не ест. Хочется всё-таки съесть начинку.
Пятое — православие учит нас образу для подражания. В первую очередь — Сам Христос. В первую очередь, конечно, Он Спаситель, Он Создатель, Он Искупитель наш. Он тот, кто разрушил вот эту клятву греховную, разрушил ветхое повреждение человечества и исцелил эту природу. Но также Он показал нам просто нравственный пример жизни, Свои поступки, как Он вёл Себя в этих ситуациях. То есть этим не исчерпывается подвиг Христа, что Он показал, как себя хорошо вести. Но всё-таки мы это не забываем. В первую очередь Он наш Искупитель, но во вторую, тоже важную очередь, Он нам пример для подражания. И все святые ориентируются на Христа. Действительно, начиная с апостолов до последних дней, христиане именно на Христа ориентируются, потому что Он имеет всё то, что в нас есть, кроме греха. А так-то вот, ну как бы, побыть в чужой шкуре, да? Вот мы имеем такое, хоть и грубое выражение, но Христос действительно принял нашу шкуру. Поэтому кому, как не Ему, знать, каково нам? И даже не по всемогуществу Божественной природы Своей — Он так знает, как нам тяжело или хорошо. Но чтобы наша вера укрепилась: «Я есть в твоей шкуре и прожил всё, что ты проживал, даже ещё больше прожил». Образ для подражания.
В-шестых, православие даёт нам обретение внутреннего мира. Именно неподдельного мира, когда нам всё равно на всех — это максимум, что может мир, вот этот мир страстей. Покой такой, который сродни безразличию: «будь безразличен ко всему». Под этим мирским покоем скрывается безразличие. А покой настоящий христианский — это абсолютная любовь и жертвенность. Это не безразличие — это и боль сердца, но при этом, как только мы любовью за другого болеем, Господь приносит покой и мир в наши души. Вот только такой вход: «Аз есмь дверь овцам». И вот только эта дверь единственная есть. Всё остальное — воры, которые в окна лезут, лишь бы расхитить это стадо. Вот она, это только одна дверь. Через боль любви к другому у нас происходит мир и покой. И нам уже ничто не страшно в мире, потому что всё остальное оказывается чепухой, и мы нащупали этот стержень жизни.
В-седьмых — понимание смерти. От этого вопроса никто не уйдёт. Сколько ответов? Тысячи. И люди говорят: «Конечно, это мне помогает, я просто об этом не думаю» или что-то ещё. Это неизбежность. «Ну, прими всё и живи дальше». А для православия смерть — это ступенька из прихожей во дворец. Будешь спиной идти — расшибешься, ногу не будешь поднимать — упадёшь, не будешь готовиться к этому — расшибешься, всю вечность будешь с разбитым носом. Больно будет, очень больно. А ты готовься к этому. Нет ничего страшного в этой ступеньке, потому что за той ступенькой не с ремнём Господь ждёт, а с объятиями, принимая каждого. Ну просто подготовься к ней. Не так уж она страшна, хоть и страшно посмотреть в глаза Христу напрямую.
И наконец, православие учит тому, что всё в мире происходит не автоматически, а совместно, соработничеством Бога и человека. Невозможно самому так взяться: «Ну всё, теперь я исправлюсь» или «Вот это у меня будет в жизни». Ну, голубчик, ты, конечно, можешь постараться, да, можешь потрудиться, но не обманывайся — не от тебя зависит. А другой вариант неправильный: «Всё от Бога, ты как бы просто попроси — и всё будет, а я на диване сижу». И тоже это не православие. Православие учит вот этому тонкому царственному пути, узенькому, по которому мы должны идти, избегая крайностей: сам старайся, насколько можешь, но при этом не мне, а себе — что это ты что-то делаешь. Всё наполняет Господь. Ну вот как какое-то, не знаю, ведро там открой или сумку так открой, а там золотые монеты тебе будут сыпаться, и Господь тебя облагодетельствует. Всё, тебе хватит на всю жизнь вечную. Но пойми: монеты Господь тебе дал, эти драгоценные, но если сумку ты не открыл, то как бы закрытую сумку — монеты посыпались, но у тебя там ничего. И видите, это образ того, что и от тебя зависит. Но от того, что если ты просто будешь хлопать сумкой своей, там монеты не появятся. И вот это и есть соработничество человека и Бога. Вот она, это жизнь и вечная. Это же не только образ существования на земной жизни, это также человечество живёт вместе с Богом, вместе работает и живёт.
Вот это — бисер драгоценный. Почаще надо эти грани себе напоминать, чтобы понимать, какой же я счастливый человек, какие же счастливые и замечательные наши предки, что донесли до нас это. И поэтому: «Господи, дай нам донести до наших детей, внуков и последующих потомков вот этот драгоценный бисер». Помоги нам всем, Господь.